Дню рождения города, и грядущим за ним именинам Коркинского горно-строительного техникума была посвящена очередная поездка в наш город Юрия Цицера. Многим он знаком по краеведческому наследию своего отца – Василия Цицера, исследовавшего биографический пласт сосланных в Коркино немцев и написавшего книгу «Коркино. Трудный уголь посёлка». Сегодня, едва кликнув в интернете «Василий Цицер, краевед», можно найти неоспоримые доказательства уникальной личности нашего земляка.

IMG 3988

 

Юрий Васильевич Цицер – одноклассник нашего замечательного педагога строительных дисциплин, а ныне заведующей музеем КГСТ Елены Давановой. По приезду Юрия все оставшиеся в живых учащиеся их класса из первой школы обычно встречаются. Нынче после встречи восьми своих однокашников (после 2016 года нет уже троих) Юрий Васильевич непременно побывал в музее техникума, знакомясь с очередными экспонатами. С помощью друзей удалось побывать на торжественном собрании в ДК «Горняк», посвящённом Дню шахтёра, встретиться и пообщаться с бывшими коллегами по работе. А ещё купить несколько экземпляров книги «По праву памяти», чтобы подарить друзьям.

…Редкой встречей с такими людьми дорожишь особо. Во-первых, потому что это – живая история, интересная судьба, энтузиазм, а, значит, богатство души. Во-вторых, Юрий Цицер, и в первую очередь, его отец оставили нам раритетные снимки. Чёрно-белый фотоаппарат прошлого столетия запечатлел такие уникальные кадры, что ими сегодня бережно делятся администраторы различных порталов и групп. И ещё. Лично для нас с Еленой Юрьевной Даванковой, как авторов книги к 75-летию КГСТ, имеется особый штрих: герой публикации был одним из негласных редакторов издания, найдя и исправив в нём массу допечатных оплошностей, и привнеся бесценные факты.

Найдя в интернете печатный материал «Сплетение судеб» Тамары Куделиной, гостя деликатно о тайнах семьи не пытали. Что захотел, он рассказал сам. А для вас некоторые факты этой публикации, может, станут интересны.

…Если бы не Великая Отечественная война, то не встретились бы Елена Фризен и Василий Цицер, родители Юрия. Василия война застала в Москве, где он учился в Институте инженеров геодезии и картографии. Вернее, он даже был на практике на Дону, откуда их сразу отозвали в столицу для продолжения учёбы. И её продолжили, но уже без Василия. Его депортировали в Южный Казахстан, а уже оттуда он попал в трудармию на Урал.

Стране был необходим уголь, и шахты стали рабочим местом для трудармейцев. Многие из них потеряли не только здоровье, но и жизнь. Василий Цицер попал в Коркино на открытый разрез, и, начав с работы слесарем, дошёл до маркшейдера (помогли институтские знания).

Здесь же, в Коркино он встретил свою любовь Елену. В 1946 году они создали семью, в которой один за другим родились три сына: Юрий, Анатолий и Виктор. Начиналась семейная жизнь, как у многих, во времянке…

В конце концов прочно обосновались в Коркино. Кроме основной работы, у Василия Цицера появились хобби: с 1951 года он серьёзно занялся фотографией, считая её своей второй профессией. В 60-х он работал в горно-строительном техникуме, и с помощью снимков изготавливал наглядные пособия. Современная молодёжь этого даже представить себе не может, а в те времена для такой работы нужен был профессиональный уровень.

Вторым хобби стало для Василия краеведение. Он исследовал историю Коркино. Его заметки на эту тему с удовольствием печатала единственная на ту пору местная газета «Горняцкая правда». Итогом стал выход книги «Коркино. Трудный уголь посёлка». Семья в это время жила уже в Гамбурге, но гордость за проделанный труд от этого не уменьшилась.

…Старший сын в семье, Юрий ещё в школе увлекался краеведением. Читал всё, что попадалось на заданную тему. В профессии он тоже пошёл по стопам отца – в горную промышленность, заочно закончил Горный институт в тогда ещё Свердловске. Работал механиком, энергетиком, что помогло и в Германии, куда семья переселилась в 1994 году. К сожалению, его небольшое предприятие, куда устроился электриком через десять лет перестало существовать, и он остался без работы. Печально, но недаром говорят: не было бы счастья, да несчастье помогло – у Юрия появилось время для исследования родословной своей семьи. Он выяснил, что списки тех, кто в далёкие времена покинул Германию, попали в Америку и есть в интернете на английском языке. Правда, фамилии, часто искажены. Нужны часы кропотливого труда, чтобы докопаться до истины. Юрию это удаётся. Особенно он доволен, когда находит родственников.

Конечно, встречи с представителями старшего поколения, их рассказы дают больше, чем сухие перечни фамилий. Но без этих списков не было бы и встреч. Теперь Юрий жалеет, что не занялся историей семьи раньше. Многих очевидцев уже нет среди нас…

Родословная готова, надо её оформить. Пора бы заняться и фотоархивом отца. Сам Василий Васильевич по состоянию здоровья уже не сможет этого сделать. Юрию хочется больше и путешествовать. Их с женой интересует только активный отдых. И обязательно надо ещё побывать на родине отца – городе Марксе, где закончил школу в 1939-ом…

- В Коркино приезжаю довольно часто, раз в два, три года, - говорит Юрий Цицер. – Первое время скучал очень сильно. Это никуда не уходит…

Юрий Васильевич признался, что унаследовал от отца черту – он индивидуалист. «Конечно, в этом случае страдает семья. Однако тогда отец сделал бы для города меньше…, - помолчав, начал рассказ Юрий. Самым преданным и лучшим другом Василий Цицер нарёк Валентина Дика. И признался, что после его смерти, таких близких друзей уже не было…

- В Белоруссии отец закончил первый курс института, а в сороковом году ввели плату за обучение. Не все могли тянуть эту ношу. Перевёлся в Москву. Требования были высочайшие, но отец вышел на стипендию. Очень там ему помогала девушка, как говорят, студентка, комсомолка, красавица… Но не судьба. По Указу о депортации немцев отец попал в Южный Казахстан, работал на уборке хлопка. Жить было совсем не на что. Один мастеровой печник взял Василия в ученики. В феврале 1942-го попал на Урал. Первое время жили довольно вольно, работали на отсыпке насыпи железной дороги, сначала под Магниткой. А в ноябре возникла острая нехватка работников угольной промышленности. В Коркино работал помощником бурильщика на станках ручного бурения. Трудился отец раскайловщиком, слесарем, мастером-десятником, диспетчером, старшим диспетчером. В конце 1945-го обратился к главному маркшейдеру треста «Коркинуголь» Юрию Сергеевичу Пузыреву с просьбой о переводе. Что такое маркшейдер? Это координаты, это ценилось. Отцу очень помогли его институтские знания. Александр Фёдорович Изыльметьев, работавший главным маркшейдером на разрезе № 2-южный очень доверял моему отцу. В 1956 году Василий Цицер за главного даже ездил в Ленинград на конференцию маркшейдеров.

Юрий Цицер конкретно рассказал об объединении разрезов «Южный» и № 1, о своём приходе на это предприятие в 1970 году, о людях, работавших на разрезе «Коркинский» в те годы.

            - В 1961 году отца пригласили приготовить фотографии для крупной экспозиции. Он получил беспрепятственное разрешение снимать разрез и днём, и ночью. А в 1967 году на Василия Цицера вышло руководство Коркинского горно-строительного техникума с просьбой заняться изготовлением фотографических наглядных пособий. В техникуме работал по 1972 год, сделав здесь довольно приличную лабораторию…

            Рассказывая о фото, снятых В. Цицером для города и КГСТ, невозможно не упомянуть про панорамные снимки чаши разреза, являющейся сегодня украшением музея техникума. Наставников по фотоделу у Василия Цицера не было, он самоучка, взращённый лишь на специальной литературе.

            - Краеведом он был в душе, - говорит Юрий. – Записывая рассказы очевидцев, проживал каждую отдельно взятую судьбу. В Тимофеевке до войны жил фотограф Василий Зимницкий, во время войны он ослеп. Вот у него были уникальнейшие фотографии, сделанные в разрезе. Снимок взрыва разреза тоже был сделан им. Они общались с отцом. А вообще, в городе ещё есть много частных фотоархивов, и представляющие огромную ценность снимки. Мне фотоаппарат отец вручил, когда я учился в пятом классе. Как выяснилось, раз и навсегда.

Плотно сотрудничал В. Цицер и с ушедшим сегодня в мир иной основателем общества «Мемориал», инициатором установки Камня Памяти, психотерапевтом Владимиром Поповым, председателем общества коркинских немцев Александром Миллером, и ещё с десятками коркинцев… Как иначе может краевед?

За чашкой чая Юрий Цицер и Елена Даванкова вспомнили, каким был Коркино в пору их юности, а также свои школьные «компашки», самих себя… «Помню, полистаю учебники, а потом уже читать неинтересно, - улыбнулся Юрий. – После школы пошёл в училище № 33 и в вечернюю школу. Со мной училось много людей, ставших потом известными – будущие прокурор города Юрий Абламонов и редактор областного «Комсомольца» Владимир Юртеев… Вспоминать и вспоминать. В общем, остался там, где родился…»

Выяснилось, что и в Германии встречи Ю. Цицера с коркинцами тоже были и остаются нередки – с друзьями, хорошими знакомыми и бывшими коллегами по работе.

…Судьба, закинувшая отца моего собеседника Василия Цицера в (если сказать без обиды) «заштатный» городок, перевернула всю жизнь этой семьи, под копирку выписав одинаковый вексель тысячам его соплеменников. Пытаясь найти правду, ища возможность восстановиться по учёбе, он писал в Москву, в такой же по профилю вуз в Новосибирске, но тогда ему так и не ответили. «Одно жалею: годы…» - сказал главный герой Анатолия Папанова в фильме «Холодное лето 53-го…» Эту фразу безмолвно произнесёт не одно поколение…

Но если бы не эта запредельная цена, разве узнал бы Коркино таких содержательных, без преувеличения великих людей? Разрез не возник бы без угля, горно-строительный техникум без разреза, сын без отца…

Второе никогда невозможно без первого.

IMG 3967 IMG 3984

 

IMG 3977 IMG 3970                                                            

 

   Светлана Межевич

Фото автора

           

           

Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter